Like a man, или обряды взросления


Каким образом мальчики в XXI веке становятся мужчинами? В некоторых культурах ответ на этот вопрос абсолютно ясен. В других — не совсем. На протяжении многих столетий вырабатывались сотни различных секретных и священных практик и ритуалов, пройдя которые, считалось, что мальчик превращается в мужчину. Они могут видоизменяться, развиваться, но по-прежнему отражают одну идею — есть определенные роли, которые должны играть мужчина, — говорит антрополог Гилберт Хердт.

Спарта, 800 лет до н.э.

В семь лет спартанские мальчики уходили из своих семей, чтобы тренировать свою силу и выносливость в специальных школах. Военная подготовка включала формирование эротической привязанности между старшими мальчиками, чтобы добиться большей сплоченности, а также жестокие физические наказания, чтобы усилить их стойкость.

Сегодня

Многие культуры по-прежнему испытывают мальчиков на прочность. Например, в Папуа-Новой Гвинее мальчиков племени Самбия забирают от матерей и подвергают испытаниям, включающим заталкивание острых палок в ноздри для вызывания кровотечения из носа и оральный секс с мужчинами.

Рим, 27 год до н.э.

В Римской империи подросткам-мальчикам нужно было рано создавать семьи. Так как только в этом статусе они считались полноправными гражданами и полноценными мужчинами.

Сегодня

Во многих обществах брак считается религиозным ритуалом, пройдя через который, мальчик утвердится в своей роли взрослого мужчины.

Англия, 1300 год

Мальчики из благородного рода должны были прослужить определенное время у рыцаря, присягнуть на верность королю, драться на турнирах, доказать свою верность христианской религии, присоединившись к Крестовому походу в Святую землю.

Сегодня

На тихооокеанских островах Тробриан мальчики, достигшие подросткового возраста, покидают родной дом и отправляются на обучение к своему дяде по материнской линии. Подчинение ему как наставнику означает проявление уважения к своим предкам.

Гавайи, 1700 год

Мальчики из знатных семей должны были служить королю и наследовали титул по достижению определенного возраста. Если подросток из семьи низшей по статусу демонстрировал хорошие способности в бою или лекарские таланты, он мог быть удостоен ненаследуемого титула воина, священника или мага.

Сегодня

В современной Индии мальчики из низших каст стараются доказать свою храбрость и благочестие через некоторые ритуалы — ходьбу по раскаленным углям во время фестивалей или бои с быками во время празднования сбора урожая.

Коренные народы США, 1900

Подросток из племени Лакота по достижению определенного возраста должен был пройти через религиозный ритуал — танец солнца. Мужчины и мальчики, принимавшие участие в этом ритуале, должны были смотреть на солнце, пока их тела были подвешены на веревки, которые держались на крюках, протыкавших кожу.

Сегодня

В Либерии мальчиков из племени Кпелле в кругу лишь одних мужчин в течение четырех лет испытывают различными обрядами, ритуалами (в том числе обрезание), чтобы они обрели сверхъестественные силы для выживания.

Италия и США, 1930-е

В Сицилии и Чикаго мафиозные группировки определяли настоящую мужественность как проявление жестокости и насилия. Попытки оставить мафию для мужчины означали потерю мужественности или даже жизни.

Сегодня

Террористические группировки, такие как ISIS, заставляют совершать акты насилия. В то же время они часто заставляют членов организации отказаться от традиционных маркеров мужественности, например, ответственности за семьи и общину.

Чип Браун, журналист National Geographic, побывал на одном из таких обрядов, которые проводят в современной Кении и рассказал историю 14-летнего Шадрака Ньонгеза.

Обрезание Шадрака должно было состояться сразу после восхода солнца. За день до этого 14-летний мальчик из племени Букусу в западной Кении танцевал под манговым деревом во дворе с бубенцами, пока его родственники и старшие друзья водили вокруг него хороводы, распевая песни о мужестве, женщинах и алкоголе. В полдень согласно ритуалу Шадрак отправился в дом к своему дяде по материнской линии. Мальчик не мог сдержать слез, пока дядя бил его по лицу, чтобы тот выглядел более мужественным. Но на лице Шадрака читался не страх. А злость.

К наступлению заката обряд инициации собрал более 50 гостей вокруг Шадрака и разделанной туши коровы. Дядя мальчика, достав непереваренную пищу из желудка и кишечника животного, начал размазывать ее по груди, лицу и голове Шадрака с криками: «Никто в нашей семье никогда ничего не боялся! Стань ровно! Если ты будешь дергаться или заплачешь, можешь никогда не возвращаться. Обратного пути нет. Ты теперь — солдат». В течение еще нескольких часов Шадраку приходится танцевать под пристальным взглядом старейшин, пока те дают ему наставления о том, что такое быть мужчиной, об уважении к женщинам и пожилым людям, о том, что теперь он не имеет права глядеть в сторону замужних женщин.

Наблюдая за обрядом посвящения Шадрака в мужчины, я подумал о своем 17-летнем сыне Оливере, который в тот момент наверняка мирно спал за несколько тысяч километров в Нью-Йорке. Или лежал и смотрел спортивные передачи на своем ноутбуке или голливудские фильмы. Сложно представить, что пути этих мальчиков к их становлению как мужчин могут настолько разниться. Пока Шадрак проходит через обряд с 200-летней историей, Оливер восхищается Майклом Джорданом и Джорджем Клуни как ролевыми моделями того, что значит мужественность. В нашем обществе нет ни ритуалов, ни обрядов, которые определят за него, что значит мужественность. Он должен прийти к этому понятию сам.

И вот, с первыми лучами солнца в окружении 30 мужчин и мальчиков Шадрак идет к реке, которая протекает недалеко от его дома. Спрятавшись в камышах, он смывал с себя коровью слизь, а затем выходит из реки, покрытый серой грязью. Огромная толпа ждет его во дворе: мужчины, женщины, девочки, мальчики. Операция продолжалась доли секунды. Мальчик не издал ни звука, он даже не моргнул от боли, возможно, просто потому что не чувствовал ее.

Следующие четыре дня уйдет на восстановление… А затем новоинициированных в течение четырех месяцев обучают охоте, строительству хижины и боевому мастерству на случай набегов. К тому же, теперь мальчик получил ряд привилегий: никто больше не пошлет его за водой или собирать дрова. Но также он больше не сможет сидеть у ног своей матери и слушать ее рассказы. Раньше он был ее ребенком, теперь он — сын своего отца.

Эти обряды вызывают в тебе смесь восхищения и тревоги. Тревоги, потому что это ведь дети! За неделю я увидел пять таких обрядов, в которых участвовали мальчики даже младше Шадрака. Ответ на вопрос «для чего все это делается?» один — чтобы подготовить их к войне. Если на вас в буквальном смысле выбрасывают дерьмо коровы, вы сможете выдержать все, что уготовила вам жизнь.

В моей семье быть мужчиной — это кодекс из ценностей, которые воспитываются примером. Однажды мой отец объяснил моему однокурснику, у родителей которого было ранчо в Вайоминге, почему ему не нужно оружие для того, чтобы защитить свою семью. Теперь его позиция кажется либеральным идеализмом, но она была центральной во всей его концепции мужественности: «Если я дойду до того, чтобы схватиться за оружие, а не позвонить адвокату, будет уже нечего защищать».

Я не знаю, насколько Оливеру необходимо знать обо всем том, что могут подразумевать под понятием «быть мужчиной», насколько ему нужно знать, что он волен выбирать свое определение мужественности, я надеюсь, что он поймет, что во взрослой ответственности, возлагаемой на мужчин имеет биологические причины, а что — культурные, что нужно принять, а что отбросить. Я надеюсь, что он станет таким мужчиной, каким он сам решит быть, не стараясь соответствовать чьим-то ожиданиям.

По материалам: National Geographic.

источник

You may also like...

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *